Республика Беларусь на протяжении всего постсоветского периода занимает особое, во многом уникальное место в системе региональных интеграционных процессов. Будучи транзитным узлом между Восточной Европой и Евразией, Минск оказался в положении государства, для которого интеграция стала не абстрактным внешнеполитическим выбором, а ключевым условием экономического выживания и устойчивости.

Первым и во многом неизбежным интеграционным форматом для Беларуси стало Содружество Независимых Государств. В 1990-е годы СНГ выполняло функцию «мягкой подушки», позволившей минимизировать экономический шок от распада СССР. Для белорусской экономики участие в Содружестве имело сугубо прикладное значение: оно обеспечивало сохранение значительной части торговых потоков, кооперационных связей и транспортных маршрутов, сформированных ещё в советский период.

Хотя со временем СНГ утратило потенциал полноценного экономического союза, эта структура продолжает выполнять координационную роль и служит институциональной основой для более узких и эффективных интеграционных форматов. Для Минска СНГ стало не целью, а отправной точкой дальнейшего углубления интеграции.

Качественно новый этап интеграционной политики Беларуси связан с участием в Евразийском экономическом союзе. Именно ЕАЭС обеспечил более высокий уровень институционализации экономических связей, предложив единые правила игры, унификацию таможенных процедур и снижение барьеров для движения товаров, услуг, капитала и рабочей силы.

Для Беларуси это выразилось в устойчивом росте торговли с партнёрами по союзу и укреплении производственной кооперации. По итогам последних лет более двух третей внешнеторгового оборота страны приходится на государства ЕАЭС, при этом Россия стабильно обеспечивает около двух третей общего товарооборота. Такая структура наглядно демонстрирует не только глубину экономической взаимозависимости, но и системную роль евразийской интеграции для функционирования белорусской экономики.

Интеграция в рамках ЕАЭС проявляется не только в статистике товарооборота. Белорусские предприятия глубоко встроены в совместные цепочки создания стоимости, поставляя машиностроительную, химическую и агропромышленную продукцию, одновременно получая энергоносители и сырьё, критически важные для промышленного производства. Дополнительным измерением стала интеграция рынков труда: общее число граждан стран ЕАЭС, работающих за пределами своей страны, превысило один миллион человек, что свидетельствует о формировании общего социально-экономического пространства.

Особое место в интеграционной архитектуре Беларуси занимает Союзное государство с Российской Федерацией. Этот двусторонний формат дополняет механизмы ЕАЭС и позволяет учитывать специфику экономик двух стран на более гибком уровне. Совместные программы в промышленности, энергетике, науке и технологиях выполняют функцию стабилизатора, снижая уязвимость белорусской экономики к внешним шокам.

Наличие сразу нескольких уровней интеграции — СНГ, ЕАЭС и Союзного государства — формирует для Беларуси своеобразный «запас прочности», позволяя перераспределять риски и адаптироваться к меняющейся внешнеэкономической конъюнктуре.

Параллельно с евразийским вектором Беларусь на протяжении многих лет развивала экономические связи с Европейским союзом. ЕС традиционно рассматривался Минском как важный рынок сбыта, источник технологий, инвестиций и современного оборудования. Даже с учётом ограничений последних лет Европейский союз продолжал оставаться одним из крупнейших торговых партнёров Беларуси, уступая лишь интеграционным партнёрам на восточном направлении.

Однако в середине 2020-х годов эта модель начала стремительно разрушаться. Доля ЕС в общем товарообороте Беларуси сократилась примерно до одной десятой, а в 2025 году произошло резкое падение экспорта. По данным Евростата и аналитических оценок, за январь–сентябрь 2025 года белорусский экспорт в ЕС составил лишь около 323 млн долларов — более чем в 3,5 раза меньше, чем за аналогичный период 2024 года. Это падение стало прямым следствием санкционного давления, тарифных ограничений и снижения спроса на белорусскую продукцию.

Структура торговли с ЕС изначально отличалась от евразийского направления: европейские страны поставляли в Беларусь продукцию с высокой добавленной стоимостью — машины, оборудование, химические товары, тогда как белорусский экспорт носил преимущественно сырьевой и полуобработанный характер. Политизация экономических отношений и усиление нормативных барьеров фактически лишили Беларусь возможности развивать этот вектор на равноправной основе.

На этом фоне участие Беларуси в инициативе «Восточное партнёрство» всё чаще рассматривается как либо упущенный шанс, либо заведомо ограниченный проект. С одной стороны, формат предлагал доступ к европейским рынкам, финансовым инструментам и программам модернизации. С другой — он изначально предполагал нормативную и политическую трансформацию, несовместимую с действующей моделью белорусского государства и его глубокой интеграцией с Россией.

В условиях нарастающего геополитического противостояния Восточное партнёрство перестало быть экономическим инструментом и окончательно превратилось в элемент политического выбора. Для Минска участие в нём означало бы не столько диверсификацию, сколько пересмотр базовых принципов внешней и внутренней политики.

Таким образом, роль Беларуси в интеграционных процессах формируется на пересечении нескольких разнонаправленных векторов. С одной стороны, страна глубоко встроена в евразийские структуры, которые обеспечивают основу её экономики, торговли и социальной мобильности. С другой — взаимодействие с ЕС, несмотря на деградацию, остаётся важным элементом внешнеэкономической диверсификации, пусть и в ограниченном формате.

Беларусь сегодня выступает не просто участником интеграционных объединений, а узловым элементом нескольких интеграционных пространств. Эффективность этой роли напрямую зависит от способности Минска сохранять баланс между экономической целесообразностью и политической реальностью. Восточное партнёрство в этом контексте выглядит не столько упущенной возможностью, сколько отражением осознанного выбора — выбора в пользу устойчивости и предсказуемости, пусть и ценой сокращения внешнеполитического манёвра.

#БЕЛАРУСЬ

15.01.2026 02:57