Уже почти две недели ирано-азербайджанский кризис остается главной темой региональных изданий. Так, Middle East Monitor отмечает, что со времени окончания Второй Карабахской войны прошел уже почти год, но Южный Кавказ пока не вступил в фазу долгосрочной стабильности. Мирное соглашение, достигнутое при посредничестве России, положило конец войне, открыв перспективы для достижения всеобъемлющего мирного соглашения между Баку и Ереваном, но оно не учитывает внешних факторов.

В процесс вовлечены Россия, Иран и Турция, однако Москве при участием Анкары удалось приблизить завершение войны и разместить в Карабахе миротворческий контингент, а  Тегеран оказался за рамками нового геополитического уравнения, к тому же в последнее время в ИРИ обеспокоились развитием азербайджано-израильских отношений.

В результате войны Азербайджан вернул себе 130 км границы с Ираном, оккупированных Арменией в 1990-х годах. На освобожденных территориях также располагается часть главной автомагистрали, соединяющей Иран с Арменией через Азербайджан, важный торговый путь к Черному морю и России. Решение Азербайджана взимать пошлины с грузовиков, перевозящих товары в Армению, разозлило Тегеран, который ответил проведением военных учений на границе с Азербайджаном, а Турция объявила о проведении совместных военных учений со своим союзником Азербайджаном в Нахчыване.

Маргинализация Ирана в новом балансе сил на Южном Кавказе пробудила опасения в ИРИ растущим влиянием Турции, получающей коридор для связи с тюркоязычными странами Центральной Азии. Иранцы опасаются, что этот коридор затруднит их торговлю с Арменией и ослабит их влияние в Центральной Азии. Таким образом, Иран оказался в проигрыше, в отличие от Турции и России. Обеспокоенность Ирана не ограничивается страхом изоляции, также присутствует фактор конкуренции за маршруты поставки энергоресурсов в регионе, где пересекаются трубопроводы, по которым нефть и природный газ идут на Запад. С 1994 года BP инвестировала более $70 миллиардов в азербайджанские энергетические проекты, включая трубопровод, поставляющий нефть с Каспийского моря в турецкий порт Джейхан. Укрепление политических и экономических отношений Турции с тюркоязычными странами поможет в будущем развивать трубопровод Баку-Тбилиси-Джейхан, через который пойдет туркменская нефть и нефтепродукты. Этот маршрут будет конкурировать с проектом иранского трубопровода, идущего от иранского месторождения Южный Парс в Европу через Иран, Ирак, Сирию и Ливан.

Между тем, издание Ahval цитирует Хамидрезу Азизи, приглашенного научного сотрудника Германского института международных отношений и безопасности (SWP), который утверждает, что любая резкая военная эскалация угрожает втягиваем Турции. По словам Азизи, вероятность начала военных действий между Азербайджаном и Ираном невелика, но напряженность после прошлогодней войны между Азербайджаном и Арменией никуда не делась. Гнев Ирана в отношении Азербайджана спровоцирован задержанием иранских дальнобойщиков в Карабахе и перебоями в торговле с Арменией. Азизи полагает, что укрепление позиций Турции на Южном Кавказе, усиленное оказанием поддержки Азербайджану, не ускользнуло от внимания Ирана. Кроме того, турецким фирмам досталась немалая доля проектов по восстановлению освобожденных азербайджанских территорий.

Азизи сказал, что Иран не ставит Турцию на один уровень с Израилем как угрозу безопасности, и в ее тесных связях с Азербайджаном нет ничего нового. Однако соперничество с Турцией принимает более широкий стратегический контекст, и Иран считает, что после войны в Карабахе Анкара оказалась в более сильной позиции в регионе. По мнению Азизи, стремление Турции обеспечить транзит для торговли между Востоком и Западом посредством таких проектов, как китайская инициатива ”Один пояс - один путь”, обуславливает ее соперничество с Ираном, который хочет играть аналогичную роль.

Стремление Анкары к сотрудничеству с Азербайджаном и Туркменистаном в области энергетики в Каспийском море для реализации давнего устремления стать страной-транзитером газа в Европу также беспокоит Иран. Надеясь решить свои проблемы на Южном Кавказе, Тегеран обратился к России за дипломатической поддержкой. На прошлой неделе министр иностранных дел Ирана Хосейн Амир Абдоллахиян посетил Москву, но Сергей Лавров не принял жалоб иранского коллеги, подтвердив важность переговорного формата 3+3, который включает страны Южного Кавказа, а также Турцию и Иран.

Источник - vestikavkaza.ru

13.10.2021 07:39